Алгоритм спасения (Обо́жение как смысл Жертвы Христовой)

Богословский термин «обожение» можно понимать как синоним спасения человека. Жертва Иисуса Христа — то, благодаря чему это стало возможным и основная часть замысла о спасении. Об этом рассуждает автор статьи, прослеживая отношения Бога и человека в библейской истории.

Не так давно на страницах интернета появилась небольшая богословская статья «Учение В.Н.Лосского о обожении». Автор этой работы, аспирант МПДА Евгений Ефремов, кроме всего прочего, сетует на незаслуженное забвение и недостаточное внимание со стороны современного богословия к теме обо́жения человека. Е. Ефремов пишет: «О недостаточном внимании со стороны православных богословов к краеугольному вопросу спасения еще в начале XX века говорил русский богослов, церковный историк, патролог, профессор Московской духовной академии новомученик Иоанн Васильевич Попов. В своем очерке под названием «Идея обожения в древневосточной Церкви» он сказал буквально следующее: «Идея обожения, которая является в современном богословии совершенно забытой, составляла самое зерно религиозной жизни христианского Востока». Убедиться в справедливости слов профессора можно, взяв в руки любой современный учебник по систематическому изложению православного догматического богословия, где вопросу обожения уделяется всего несколько страниц».

О причинах, которые привели к «забвению» современным богословием понятия «обо́жение», говорит Митрополит Илларион (Алфеев) в своей книге «Православие»: «Термин «обожение» не встречается в Священном Писании и мало знаком современному человеку. Гораздо понятнее и гораздо шире используется традиционный христианский термин «спасение». Данный термин указывает на спасение от чего-то: от греха, от власти диавола, от смерти и ада. «Спасение» является антонимом «гибели». Однако в восточнохристианской традиции спасение воспринималось не только как исправление последствий грехопадения, как освобождение от власти диавола, но прежде всего как осуществление той цели, к достижению которой человек призван как сотворенный по образу и подобию Божию. Для описания этой цели и средств к ее достижению восточные отцы использовали термин «обожение». В основе же своей учение об обожении — не что иное, как учение о спасении, только выраженное на языке восточнохристианского богословия».

В определенной степени можно согласиться с митрополитом Илларионом в том, что «учение об обожении — не что иное, как учение о спасении». И, тем не менее, мы должны признать, что у каждого из этих понятий имеется своя «специфика» действования. Подобное разграничение действований хорошо видно на фоне синергии, то есть совместного духовного делания Бога и человека, когда вклад «соработников» в общее дело спасения человека далеко не равнозначен. Человек со своей стороны может лишь возжелать и в определенной степени приуготовить себя к спасению, но обо́жение недостижимо человеческими усилиями, это дело Благодати Божией.

В связи с ограниченностью, а порой совершенным отсутствием доступной для понимания человеческим разумом информации по части действия Божией Благодати, богословие располагает чрезвычайно ограниченной «площадкой» для рассуждений. Человеку невообразимо сложно что-либо добавить к словам «дело Благодати Божией». Можно ли вообще понять, как собственно происходит спасение, в чем его суть, каков «механизм» и алгоритм действия Благодати Божией и как совершается наше обо́жение? Вряд ли когда-либо человеку удастся во всей полноте ответить на поставленные вопросы, но тем не менее мы попробуем, сколько это возможно в рамках ограниченных человеческих рассуждений, осветить некоторые аспекты поднятой темы.

Для того, что бы понять «механизм» действия Благодати Божией, мы попытаемся построить и обосновать логическую цепочку, или некий алгоритм библейских событий и действий Божиих, направленных на обо́жение человека. Прежде всего обратимся к первоначалам, а именно к идее сотворения мира, и определим, ради чего Бог сотворил этот мир.

Выше мы уже приводили слова митрополита Иллариона, где он говорит о том, что обо́жение является целью, к достижению которой человек призван как сотворенный по образу и подобию Божию. Подтвердить данное утверждение можно словами преподобного Максима Исповедника, который, рассуждая об изначальной предназначенности природы человека к обо́жению, говорит: «Сделаемся богами через Господа, потому что именно для этого человек получил существование — Бог и Господин по природе». Преподобный говорит о цели создания человека, но так как человек — это венец Творения, то необходимо признать, что обо́жение человека и есть та цель, ради которой Господь сотворил мир.

Подобный вывод можно сделать, если прибегнуть и к обычным логическим рассуждениям. Человеческому разуму не дано проникнуть в тайну сущности Бога, поэтому если мы говорим о Боге, то вынужденно рассуждаем лишь о присущих Ему качествах. Любое из качеств, которым мы определяем Бога, будет взято нами в максимально превосходной, совершенной степени. Если мы говорим, что Бог есть Любовь, то признаем, что в мире не существует любви выше той, которая присуща Богу. «Забудет ли женщина грудное дитя свое, чтобы не пожалеть сына чрева своего? но если бы и она забыла, то Я не забуду тебя», — говорит Господь (Ис. 49:15). История человечества изобилует множеством примеров «всемогущих» царей и правителей, но только для Всемогущего Бога по настоящему все возможно: «Невозможное человекам возможно Богу» (Лук. 18:27).

Правило «превосходнейшей степени» относится к любому присущему Богу качеству. Поэтому если мы говорим о Боге Творце, то в отношении реализации безграничного Божественного Творческого потенциала мы должны определить максимально высокую творческую задачу.

Сотворение Бога — высочайшая из возможных задач, которую мог бы поставить перед собой Всемогущий Творец. Обратим внимание на то, как Господь творил мир: «И сказал Бог, <…> и стало» (см. Быт. 1) Что великого в этом действии для Бога? Для того чтобы спроектировать и создать самый простой кирпич, нам, человекам, потребуется приложить гораздо больше усилий, чем приложил Господь, когда творил окружающий нас мир.

Создание человека, если сравнивать это действие с первым актом творения, — уже более серьезная задача, но и она «потребовала» от Бога лишь мгновение для предварительного Божественного Совета (см. Быт. 1:26). Поэтому если мы говорим о существенных, истинно значимых вещах, то единственной целью достойной безграничного Божьего Творческого потенциала может быть лишь творение бога. Здесь уже в самой формулировке задачи — «творение бога» — лежит непреодолимое противоречие, так как «нетварность» является одним из основных Божественных признаков. Бога нельзя сотворить, и тем не менее решение этому противоречию было найдено. Господь предлагает сотворенному человеку стать богом по собственной, свободной его воле. И далее своим божественным промыслом Господь направляет ход всей библейской истории к достижению поставленной цели, то есть к обо́жению человека. Итак, первый шаг в этом направлении — это творение мира, той исторической площадки, на которой будет разворачиваться последующее действо.

Второй шаг — творение Богом человека, свободного существа, призванного стать богом по благодати. Необходимо ответить на вопрос, каким образом можно получить божественное достоинство по благодати? Если провести аналогию, то одним из вариантов приобретения княжеского, дворянского и других подобных титулов является усыновление. Но усыновить можно только подобного себе. Человек может усыновить человека, пусть и не равного себе по развитию или статусу, но человека, а не кошку или лошадь. Так и Бог может усыновить только подобного себе (Ср. Пс. 81;6. Ин. 10;34). Таким образом, для того, чтобы человек мог получить божественное усыновление, он должен быть максимально уподоблен Богу. И мы видим, что Господь творит человека не просто как некое разумное существо, Он творит человека по своему «образу и подобию» (см. Быт. 1;26).

Обратим внимание на свойства, которыми обладал первый человек. Во-первых, Адам, подобно Богу, был существом свободным. Нет, это не та мнимая «свобода», о которой может заявить современный, связанный по рукам и ногам страстями и грехами человек. На фоне последующих родов Адам обладал истинной свободой. Никто и ничто не довлело над его волей, он ведал Истину и имел возможность беспрепятственно следовать ей. Бог поселил первого человека в Раю и сделал Адаму предупреждение о смерти как следствии его возможного преслушания. «И заповедал Господь Бог человеку, говоря <…> от дерева познания добра и зла не ешь, ибо в день, в который ты вкусишь от него, смертью умрешь» (Быт. 2:16,17). На основании этого Божьего определения мы можем сделать вывод о том, что Адам имел еще одно присущее Богу свойство — бессмертие. Возможно, Адам имел бессмертие как данность, а возможно, это следствие вкушения им плодов от древа жизни. Каково из этих суждений верно, не так важно, главное то, что Адам качеством бессмертия до грехопадения обладал.

Если мы попробуем рассмотреть самое высокое качество Божие — Любовь, то увидим, что и это качество было спроецировано Богом на человека на максимально возможном уровне. Адам и Ева являются одной плотью во всех отношениях — и в физическом, так как Ева сотворена из плоти Адама, и в духовном по благословению Божиему: «Потому оставит человек отца своего и мать свою и прилепится к жене своей; и будут одна плоть» (Быт. 2:24). Поэтому и любить своего ближнего, то есть Еву, Адам мог лишь как самого себя. До грехопадения других вариантов отношений между людьми просто не было.

Можно отметить, что даже такое качество, как непознаваемость, было заложено Богом в свой прообраз. Апостол Павел свидетельствует о том следующими словами: «Ибо кто из человеков знает, что в человеке, кроме духа человеческого, живущего в нем? Так и Божьего никто не знает, кроме Духа Божия» (1 Кор. 2:11)

Тем не менее первозданный Адам не обладал всей полнотой божественных свойств, необходимых ему для обо́жения. Иначе вся история человечества закончилась бы еще там, в Раю, в шестой день Творения. На первый взгляд, явным недостатком Адама, на который можно было бы обратить внимание, является то, что человек «плотян», а «Бог есть дух» (Иоан. 4:24) Но данное несоответствие свойств могло быть «легко» устранено еще в Раю посредством боговоплощения через безгрешную Еву. Как мы знаем, Господь воплотился, но сделал это только через пять с лишним тысячелетий, через вторую Еву — Пречистую Деву Марию, когда «Слово стало плотию» (Иоан. 1:14). Подобная многовековая отсрочка может говорить о том, что причиной драматических событий, которым надлежало произойти с человеком в Раю, послужила не физиология праотцев, а отсутствие некоего иного качества, недостающего Адаму для его обо́жения.

Чего именно недоставало Адаму для обо́жения? Первому человеку не недоставало Всеведения. Именно к такому выводу нас подталкивает дальнейшее развитие Библейских событий. Мы видим, что Адам от момента своего создания был наделен Творцом ведением сути предмета, на что указывает история с нарицанием имен животным, а позже и жене (Быт. 2;19-23). Иными словами, Адам обладал определенной полнотой знаний о мире, в который его ввел Господь. Более того, Адам знал Бога, или, другими словами, знал Истину. Дальнейшее рассуждение подводит нас к пониманию того, чего именно не хватало Адаму для всеведения. Адаму надлежало познать лукавое.

В свете наших рассуждений становится понятным, почему в сотворенном Богом мире, который, по Его слову, был «весьма хорош» (Быт. 1;31), нашлось место дьяволу. Убрать дьявола из этого мира (просто не дать ему появиться или действовать) для Бога не составило бы никакого труда. Но если лукавый перестанет существовать, то вместе с ним для человека исчезнет возможность обрести полноту ведения. Таким образом, дьявол — это орудие в руках Божиих, которое дает человеку потенциальную возможность стать богом. Подтверждением тому служат слова Бога, сказанные Им в отношении человека после его грехопадения: «Вот, Адам стал как один из Нас, зная добро и зло…» (Быт. 3:22).

Святоотеческая богословская мысль склоняется к тому, чтобы видеть в данных словах Бога некий сарказм или иронию в отношении падшего человека. Трудно сказать, насколько уместно подобное привнесение чувственности в данное изречение Божие. Но прямой смысл этих слов достаточно органично укладывается в логическую цепочку наших размышлений. Адам обрел недостающее для обо́жения качество — всеведение. Но с приобретением этого качества Адам (заметим, не в наказание, а по данному ранее определению Божиему) лишился другого качества — бессмертия.

Следует разобраться, почему для Адама потребовалась такая мера «прещения». Святитель Иоанн Златоуст, комментируя изгнание прародителей из Рая, пишет: «Так как человек обнаружил великую невоздержность по отношению к данной заповеди и сделался смертным, то чтобы он не осмелился прикасаться и к этому дереву (древу жизни), постоянно поддерживающему жизнь, и не грешил бесконечно, лучше ему быть изгнанным отсюда. Так изгнание из рая есть дело скорее попечительности Божией о человеке, нежели гнева».

Отметим, что для обозначения «познаниия» Адамом «благого и лукавого» Писание использует масоретское слово לָדַעַת (yaw-dah’) и греческое γινώσκειν (гинОскэйн). Данное слово используется в Писании в частности и тогда, когда оно говорит о том, что Адам «познал» Еву (Быт. 4;1). Косвенно это может указывать на то, что Адам в познании лукавого соединился с грехом в той же мере, в какой едиными становятся мужчина и женщина в браке, то есть одной плотью (Быт. 2:24). Подобное нераздельное единение человека с «лукавым» вполне согласуется с учением Церкви о первородном грехе, который от родителей по плоти передается детям, хотя те и не согрешили грехом Адама. Грех стал частью Адама, и теперь, если дать возможность человеку вкусить от Древа Жизни, то грех вместе с Адамом, или лучше сказать, в Адаме, обретет бессмертие. Поэтому Господь удаляет Адама из Рая, и это не кара за преслушание, а необходимая мера и часть Божиего плана по достижению поставленной цели — обо́жения человека.

Человек получил недостающее ему для обо́жения качество — всеведение. Да, он потерял бессмертие, но это временное явление, которое «легко» устраняется вкушением плода от Древа Жизни. Но прежде чем допустить человека к заветному Источнику жизни, необходимо проделать очень сложную работу — отделить в человеке Истину ото лжи. Неслучайно Господь предупредил Адама о смерти после вкушения запретного плода: «Ибо в день, в который ты вкусишь от него, смертью умрешь» (Быт. 2:17). Де-факто Адам умер не сразу, но де-юре, по определению Божиему, он умер для Бога в момент нарушения заповеди. Из этого следует, что хотя фактически Адам жил на земле еще несколько столетий, но юридически главенство над родом человеческим по закону первородства перешло к Каину. Важно заметить, что на этот момент в библейской истории еще нет разделения на сынов божиих и сынов человеческих.

Следующим значимым библейским событием является история убийства Каином Авеля. Это не просто убийство по зависти, как может показаться на первый взгляд. Это был бунт Каина против Бога. Апостол Иоанн Богослов пишет: «Каин от лукаваго бе и закла брата своего…» (1 Иоан. 3:12). Мы не случайно приводим текст Писания на церковнославянском языке, потому что слово «заклать» как и греческое «έσφαξεν» (эсфаксэн), в отличие от русского «убил», означает не просто убийство, а ритуальное жертвоприношение, в котором кровь жертвы играет свою особую сакральную роль. Недаром другой Апостол сравнивает пролитую кровь Авеля с Заветной Кровью Христа: «Но вы приступили <…> к Ходатаю нового завета Иисусу, и к Крови кропления, говорящей лучше, нежели Авелева» (Евр. 12:22-24). Если мы говорим о жертвоприношении, то должны определить и того, кому эта жертва была принесена. Если эта жертва приносилась не Богу (а мы знаем, что ранее Господь уже отверг жертву Каина (Быт. 4;5), то данное заклание могло предназначаться только для лукавого, то есть дьявола.

Теперь поговорим о самом понятии «жертва». С юридической точки зрения, жертвоприношение являет собой действие, при котором происходит смена правообладателя жертвы. Например, если вы пожертвуете рубашку нищему, то права обладания и распоряжения рубашкой перейдут от вас к нищему, и далее уже не вы, а он будет решать, что ему делать с данной рубашкой — носить ее или использовать в качестве половой тряпки. Писание нам не говорит, какое количество людей на тот момент уже населяло землю. Возможно? это не случайное умолчание, так как в этом случае Авель олицетворяет собой всю совокупность потомков Адама, находящихся под властью Каина. Совершая заклание Авеля, Каин, как глава человечества, вполне «законно» (с юридической точки зрения) распорядился тем, что было в его власти, — своими братьями и сестрами, и принес в жертву лукавому весь людской род. С этого момента право владения человеком перешло к сатане. Если преслушание Адама определило лишь удобопреклонность человека к греху, то поступок Каина сделал человека рабом греха. Теперь по смерти каждому человеку надлежало нисходить в «обители» своего нового господина, то есть в ад.

Апостол Павел в своем послании к римлянам пишет: «Я плотян, продан греху. Ибо не понимаю, что делаю: потому что не то делаю, что хочу, а что ненавижу, то делаю» (Рим. 7:14,15). Святитель Феофан Затворник так комментирует приведенные слова апостола: «»Продан» — в грехопадении прародителей; но потом в жизни сам себя продает греху всякий раз». Трудно полностью согласиться со святителем, так как если Адам «продал» свою святость, то он должен встать в один ряд с Иудой, который продал Христа (Мф. 26;15), и Исавом, продавшим свое первородство (Быт. 25;33). Но Адама нельзя поставить в один ряд даже с братьями Иосифа, которые продали его в Египет, или с Давидом, приобретшим себе жену ценой жизни ее мужа. И братья Иосифа, и псалмопевец Давид принесли слезное покаяние за свои деяния. Но Писание нигде не говорит о покаянии Адама. Поэтому определение «продал» более приличествует делам Каина, на что указывает судьба его рода и полное послепотопное историческое забвение.

Каин совершил ужасающий поступок, и все же для достижения поставленной цели Господь попустил этому поступку совершиться. Лукавый стал обладателем человека, состоящего из двух соединившихся воедино частей: благой, что была от Бога, и лукавой — от дьявола. Бог не мог принять в свое общение такого человека. «Какое общение праведности с беззаконием? —  вопрошает апостол. — Что общего у света с тьмою? Какое согласие между Христом и Велиаром?..» (2 Кор. 6:14,15). А вот сатана не погнушался и принял в свое общение падшего человека. Далее, если следовать логике, для того чтобы отделить в человеке благое от лукавого, необходимо власть над лукавой частью оставить сатане, а благую передать под власть Бога.

Заметим один любопытный момент. Каин имел «первородную» власть над своими братьями и сестрами, но не имел по определению этой власти над своими отцом и матерью. Таким образом, Сиф был рожден свободными от власти лукавого Адамом и Евой, уже после «сделки» Каина с сатаной. Поэтому ни Сиф, ни его потомки, по линии которых в будущем по плоти родится Христос, юридически не являются «собственностью» лукавого, хотя они и сохранили в себе от Адама преемственную удобопреклонность к греху. Именно через эту удобопреклонность к греху в течение десяти последующих поколений, вплоть до Потопа, лукавый проникал в неподвластную ему ветвь человеческого рода. На это указывают слова Писания: «Сыны Божии стали входить к дочерям человеческим, и они стали рождать им» (Быт. 6:4). Через женщину, как некогда грех в Адаме через Еву, власть лукавого через кровосмешение стала укрепляться и в потомках Сифа. Результат такого тленного проникновения отражен в определении самого Бога: «И увидел Господь, что велико развращение человеков на земле, и что все мысли и помышления сердца их были зло во всякое время… И сказал Господь: истреблю с лица земли человеков, которых Я сотворил» (Быт. 6:5-7).

К моменту Потопа на земле остался только один человек, который сохранил чистоту родословной линии Сифа, — это Ной. Вот как пишет о том свт. Иоанн Златоуст: «Писание говорит: «Ное человек», он только человек, а прочие не человеки, но, имея вид человеческий, злою волей погубили благородство своей природы, и из человеков ниспали до неразумия животных». Таким образом, по мысли святителя, Господь не погубил в Потопе ни одного человека, все они были собраны в спасительном Ковчеге. Обратим внимание на слова Писания: «И был Ной пятисот лет и родил Ной сыновей — Сима, Хама, Иофета» (Быт. 5;32). Приведем интересный комментарий известного православного богослова Е.А. Авдеенко: «500 лет — это много. Самый поздний из сыновей-преемников родился у Адама. Адаму было 230 лет, когда он родил Сифа… А когда Ной родил, ему было 500 лет. Не иметь детей до 500 лет — это был поступок. Почему так поздно Ной родил детей? Скажу кратко: а на ком было жениться, когда появились дочери Каина среди Сыновей Божиих?»

Но уже совсем скоро, в послепотопной истории, потомки Ноя вновь вовлекаются в «юрисдикции» лукавого. Можно предположить, что происходило это через жен детей Ноя (а возможно, и через жену Ноя), когда чистая линия сынов божьих в брачном союзе вновь смешивается с подвластной лукавому линией дщерей человеческих. Тем не менее жены сынов Ноя несли в себе уже не ту прямую, наследственную власть лукавого. Не мог целомудренный Ной допустить того, что бы взять в жены своим сыновьям «чистокровных» каинитянок. При невозможности отыскать жен с совершенно чистой родословной Сифа необходимо было избрать из тех, кто минимально смесился с родом Каина. Если говорить образно, то послепотопное «смешение родов» — это нечто вроде необходимой прививки, когда человеку для приобретения иммунитета вводят ослабленный вирус какой-либо болезни. Так и «юрисдикция» лукавого была ослаблена смешением каинитян с десятью поколениями неподвластного ему рода Сифа. Результатом такого смешения стало то, что если до Потопа человечество совершенно не могло бороться с властью сатаны и полностью растлилось, то вследствие послепотопной «прививки» у людей появился шанс противостоять греху. На этом этапе истории появляется возможность отделить в человеке благую часть от его лукавой части.

Спросим себя, а для чего Господь попустил дьяволу сохранить свою, пусть и ослабленную, власть над человеком? По той же причине, по которой Господь попустил сатане через жертвоприношение Каина эту власть заиметь. Если в человеке не останется власти дьявола, то лукавое человека, с которым он некогда стал «одной плотью», просто некому будет оставить. Данную ситуацию хорошо характеризуют слова Спасителя: «Отдавайте кесарево кесарю, а Божие Богу» (Матф. 22:21). Христос получил плоть от своей Пречистой Матери, в которой в той или иной мере текла кровь всех предыдущих поколений. Таким образом, человеческая природа Христа объединила в себе воедино все человечество. И эта человеческая природа во Христе должна была найти в себе силы не склониться под власть сатаны, а полностью покорить себя Божественной воле Спасителя. Насколько напряженной была эта внутренняя борьба человека за свободу, нам говорит кровавый пот Иисуса Христа во время Его моления в Гефсиманском саду (см. Лк. 22;44).

Но вот настало время самой Крестной смерти Спасителя. Сначала определим, кто приносится в Жертву. Однажды Иисус Христос, отвечая неверовавшим в него иудеям, сказал: «Когда вознесете Сына Человеческого, тогда узнаете, что это Я…» (Иоан. 8:28, см также Мф. 17;22, Мф. 20;18 и др.). Словами «Сын Человеческий» Спаситель определяет, что в Его лице в Жертву приносится благая, безгрешная часть всего человеческого рода. Прежде чем предать Себя в руки беззаконников, Спаситель обращается к ученикам: «Уже немного Мне говорить с вами; ибо идет князь мира сего, и во Мне не имеет ничего» (Иоан. 14:30).

Теперь скажем несколько слов о жертвователях. Вспомним слова Иисуса, обращенные к иудеям: «Ищете убить Меня, Человека, сказавшего вам истину… Вы делаете дела отца вашего <…> Ваш отец диавол; и вы хотите исполнять похоти отца вашего…» (Иоан. 8:40-44). Таким образом, Спаситель был принесен в жертву не просто служителями, а «сынами» дьявола. Наверное, стоит провести аналогию с жертвоприношением Каина и задаться вопросом, имели ли «дети» дьявола юридическое право распоряжаться «собственностью» своего отца? Подобно тому, как власть к Каину перешла в связи с тем, что этой власти был лишен его отец Адам (смертию да умрешь), так и сатана был лишен власти на земле Боговоплощением и последующей проповедью Христовых учеников, о чем Спаситель свидетельствует словами: «Я видел сатану, спадшего с неба, как молнию; се, даю вам власть наступать на змей и скорпионов и на всю силу вражью, и ничто не повредит вам» (Лук. 10:18,19). Поэтому юридическое право «сынов диавола» на подобное жертвоприношение не вызывает сомнения.

Теперь задумаемся о Жертвопринимателе. Не только логика размышлений приводит нас к пониманию того, кому приносится Жертва. На это указывают сами распинатели: «Пусть теперь сойдет с креста, и уверуем в Него <…> уповал на Бога; пусть теперь избавит Его, если Он угоден Ему. Ибо Он сказал: Я Божий Сын» (Матф. 27:42,43). Иудеи прямо указывают на того, от кого они ждут реакции на данное жертвоприношение, они ждали реакции Бога. Это единственное человеческое жертвоприношение, которое было угодно Богу и было Им принято. И здесь понятна логика. Любую другую человеческую жертву Господь просто отринул бы как нечистую, как о том свидетельствует Писание: «Все уклонились, сделались равно непотребными; нет делающего добро, нет ни одного» (Пс. 13:3). Если обратиться к прообразам, то ветхозаветные установления о жертвах прямо говорят о необходимой непорочности приносимых жертв: «Никакого [животного], на котором есть порок, не приносите; ибо это не приобретет вам благоволения <…>, таких не приносите Господу и в жертву не давайте их на жертвенник Господень» (Лев. 22:20-22).

Итак, Господь достиг поставленной цели. Иисус Христос, Сын Божий, завершил земное служение и со своей пречистой плотью воссел на престоле с Богом Отцом. Апостол Иоанн Богослов говорит, что Спаситель перед своими крестными страданиями обратился к Богу Отцу с просьбой: «И ныне прославь Меня Ты, Отче, у Тебя Самого славою, которую Я имел у Тебя прежде бытия мира» (Иоан. 17:5). По учению Православной Церкви, в Иисусе Христе соединились (неслитно, неизменно, нераздельно, неразлучно) две сущности, или природы: Божественная и человеческая. И если Божественная сущность Христа не имела нужды в прославлении, то божественное прославление требовалось Его человеческой природе. О том и просил Спаситель Бога Отца, и этим прославлением благая часть человечества в Иисусе Христе получила Божие усыновление, а в усыновлении — и божественный титул, то есть обо́жение.

В данной работе мы намеренно не касаемся того, что в деле спасения человека относится к действованию самого человека. О том, как и что должен делать человек, дабы уподобить свою личность Богу (то есть приготовить себя к усыновлению), запечатлено и преподано всякому верующему жизнью и подвигом многих поколений святых угодников Божиих. Мы постарались, насколько это вообще возможно, несколько «материализовать» невидимое промыслительное действие Благодати Божией и посредством библейской истории показать, как работает «механизм» обо́жения человека. Насколько это у нас получилось и насколько верны и непротиворечивы наши размышления, решать читателю. В любом случае, возрождение интереса богословия к теме обо́жения является основной целью данной работы.

Священник Сергий Пометнев

Просмотры(8)

Комментарии закрыты.